Дела давно минувших дней

[ny_quant]

Однажды я попал на НеЗаТеГиУс - зимнюю школу по нелинейной гидродинамической неустойчивости под Москвой. По-моему, она традиционно проводилась в поселке в просторечии известном как Кобелякино, но не в ту зиму. Небольшое искажение истинного название будет легко понятно участникам подобных мероприятий. Было очень интересно. Довелось послушать доклады таких асов мирового класса как Синай и Захаров и знаменитостей поменьше типа Рабиновича или Барренблатта. Но я не об этом.

Жили мы на территории пионерлагеря, который только из-за нас обогревать не стали. Спали в свитерах. В большой комнате жило человек десять, наверное. Моим ближайшим соседом был московский математик Юра Штемлер (родственник одно время популярного писателя с той же фамилией). Еще там был его приятель-сокурсник по имени (кажется) Миша. Миша был явно умный мужик, но выбрал вместо науки зарабатывать деньги. Он работал в каком-то очень секретном почтовом ящике, где было абсолютно нечего делать. Математикой занимался исключительно для себя, чтобы не растерять мозги от скуки.

Наконец покончив с преамбулой перехожу к амбуле. В каком-то разговоре я спросил у Юры каким образом он с такой фамилией просочился на мехмат. Вместо него ответил Миша: "Это еще большой вопрос, кто именно просочился!" Из дальнейшего разговора выяснилось, что когда они поступали в 1964 никакого антисемитизма на мехмате не было. Напротив, славянам вроде Миши было сложно пробиться сквозь стройные ряды талантливых еврейских детей.

И не надо в меня бросаться гнилыми помидорами. За что купил, за то и продаю.

Comments

[bgmt.livejournal.com]

Я не буду бросаться гнилыми помидорами. Я поступал в 64 году на ленинградский физфак. Антисемитизм проявлялся в том, что те принимавшие физики, которые хотели резать, резали, а кто не хотел, не резал. (Резали ТОЛЬКО на физике). Знающие шли к тем, кто не резал (узнать было не очень сложно, идти к тому, к кому хочешь, тоже). Из спецшкол (а их было мало тогда) все знали. До 64 года, мне кажется, просто не резали, но это надо бы спросить, может я просто не слышал. На матмех вроде как резали больше, но поступила всё равно куча, значит, ничего общего с более поздними временами (после 67-68).

[ny-quant.livejournal.com]

Я всё же думаю, что резали те, кому поручили, а не те, кто хотели.

Впоследствии этот процесс сильно усовершенствовали. Была организована спецбригада под постоянным руководством профессора физфака Быкова. Эти люди заранее знали кого надо резать и заранее забирали себе экзаменационные листы неправильных абитуриентов.

Я сам просидел на устной физике четыре (!!) часа с готовым ответом, ожидая пока освободится мой экзекутор. Первые два часа я отказывался понять к чему идёт дело и отчаянно тянул руку. Потом сдался и стал уныло ждать своей участи, ожидая пока мерзавец покончит с девочкой по фамилии Розенберг. Но она не сломалась до самого конца, как и я потом. Как ни удивительно, мы оба поступили.

Я не могу вполне рационально объяснить происшедшее. Да, психологическое давление было огромное. Я был просто как в тумане когда наконец пошел отвечать. Да, пришлось решать без подготовки и размышлений, сходу, целую серию не самых стандартных задач. Но и не самых сложных тоже. Если б было желание непременно завалить, то запросто могли бы. Не так я был крут, отнюдь не так. Как будто фильтр поставили с целью отсеять не всех, а почти всех.

[bgmt.livejournal.com]

Нет, меня крайне удивит, что в 64 году "поручали". В 64 году это было явно пущено на самотёк, и я всё же знаю и тех и других. Не было политики. И при распределении по кафедрам не было политики, более того, мне было крайне неприятно, когда невзятые на теоркафедру евреи стали катить бочку, потому что очевидно было, что не потому их не взяли (а других вполне евреев взяли). Вот при распределении после окончания - совсем другое дело. И в аспирантуру (университетскую) было никак. Времена изменились, и это было очень хорошо видно.

Про "впоследствии" я вполне согласен, и про Быкова, согласен, конечно. Но не про 64 год.