![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Гражданский в армии, с пистолетом и автоматом
Давно хотел записать для потомков, чтоб не пропало, а тут как раз появился стримул в виде очень смешной истории у vba_.
Преамбула
Дело было в эпоху глубокого застоя, когда нас, более сотни студентов-математиков и около 30 экономистов в придачу, отвезли на месяц на военные сборы под Лугу. Кому как, а мне этот месяц запомнился как худшее время моей жизни. Тут сыграло роль и невозможность спрятаться от всего этого совка внавал, хождения строем с песнями, ленинской комнаты, политинформаций и всей прочей мути, которую я так ненавидел. Но хуже всего был жуткий голод. Не знаю как получилось, что я вырос таким привиредой, но продукцию солдатской столовки я есть просто категорически не мог, включая т.н. черный (якобы ржаной ) хлеб местной выпечки. Ну и каши я тоже не ем, кроме гречневой, но её как раз и не давали. В итоге я практически сидел на двух кусочках серого, более качественного, хлеба три раза в день плюс редкие съедобные куски, которые изредка попадались в тарелке. Приехал я туда в отличной спортивной форме (мог пробежать 10 км и 14 раз подтягивался), а уехал еле волоча ноги. Это не к тому, что я специально пишу эту историю, чтобы пожаловаться на тяготы солдатской жизни, а потому, что это важно для истории. Вообще-то проблемы могло бы никакой не быть, т.к. обычно можно покупать съедобные продукты в ларьке, но мне подвалило моё еврейское счастье по полной программе: ларёк был закрыт на ремонт.
Если что-то и было на этих сборах интересного, то это стрельба из боевого оружия на полигоне. С утра нас начали взводами сажать в грузовик (один на все 150 человек) и отвозить на стрельбище где около получаса от части. Пока подвозили следующий взвод, предыдущий бросал гранаты (учебные) и стрелял. Началось всё со стрельбы из пистолета из пистолета Макарова по круглой мишени с расстояния, думаю, метров 10. Тут не могу не вспомнить, что у нас на военной кафедре преподавал довольно веселый майор - по совпадению тоже Макаров - который, хотя и постоянно заливал, что мол советское оружие всегда лучшее в мире, как-то брякнул, что средний человек из Макарова с 10 шагов и в дверь не попадет, не то, что в человека. Я тогда не придал этому большого значения, а тут смотрю почти все ребята (кроме стрелков-разрядников) выбивают либо меньше 10 из 30 либо вообще ноль. Ну-с, приходит моя очередь, и я, конечно, думаю, что уж я-то не промахнусь. Выстрелив в первый раз, я узнал, что такое отдача. Не попал даже в молоко - вообще мимо мишени промазал. Тогда я повернулся лицом к мишени, слегка согнул колени, взял пистолет двумя руками, как ковбои в американских фильмах, и начал тщательно прицеливаться, чтобы совсем не опозориться ... и тут товарищ полковник, наблюдавший за стрельбами стоя сбоку от стреляющих, громко закричал что-то вроде "СТОЙ БЛЯДЬ!!!" и, резко прыгнул вперед, стараясь выбить пистолет у меня из рук. Не получилось - держал я его на этот раз крепко. После этого он на меня еще минут 5 орал на предмет, что так блядь стрелять неправильно, т.к. советский офицер стреляет блядь одной рукой и повернувшись блядь боком к мишени. Остальные две пули я всадил в молоко.
Стрелять из автомата было куда интереснее, особенно очередями. Я даже сбил все мишени, которые было положено, причем с дикого расстояния. Забыл точно, но что-то типа 300 метров. Но это так, кстати. Теперь, наконец, я дошел до самой истории.
По окончании стрельб, мы залегли в тени большого развесистого дуба и стали ждать пока нас отвезут в часть. Как я уже сказал, машина была только одна, расстояние большое, а народу много. Обед мы уже пропустили и жрать хотелось страшно. Несложный расчет показал, что ждать нам еще часа четыре и мы вернемся примерно к ужину. Не будет большим преувеличением сказать, что я просто обезумел от голода.
Тут мимо проходит мой друг из другого взвода и походя сообщает, что в лесу имеет место дикая земляника и щавель. Рядом со мной валялся другой мой приятель Дима (который, замечу, ел всё подряд, но он просто авантюрист по натуре) и я его легко сгоношил пойто в лес со мной за компанию. Мы тронулись в путь, но быстро поняли что сбор земляники с АК-47 за спиной это как-то уж совсем тупо. Посовещавшись, мы повесили автоматы на ветку того самого дуба, полагая, что присутствие сотни наших товарищей вполне гарантирует безопасность вверенного нам оружия, и пошли налегке. Видимо, мой друг нас разыграл, т.к. мы нашли примерно три земляничины на двоих и примерно столько же щавеля. В бесплодном поиске, мы удалялись всё дальше и дальше. Неожиданно, меня как жареный петух в голову клюнул. Хоть и не верю я ни в какую телепатию, но вдруг чувствую, что надо срочно назад - всё тут. Никогда больше со мной такого не было: какое-то непреодолимое ощущение грядущей беды. Дима не стал спорить и послушно побежал назад на поляну вместе со мной. Мы уже порядочно отошли, так что прибежали обратно все в мыле и здорово запыхавшись.
Вбегаем мы, значит, на поляну, а она пустая. Ни одного студента, только несколько офицеров рядом с грузовиком, из которого торчат головы наших товарищей. (Видимо, вояки подкинули еще несколько машин.) Подбегаем к полканам. Дима молчком, а я врать не умею, так что разговор вышел короткий.
- Вы где были?
- За земляникой ходили, товарищ полковник.
Долгая пауза на осмысление. Недоверчиво:
- Куда-куда???
-За земляникой. В лес.
- Я ... я ... я тебе блядь покажу землянику! Постой, а где ваши автоматы?
- А вон на ветке висят.
Долго хватает воздух ртом и багровеет. Наконец приходит в себя.
- Сутки ареста!!
Младшие офицеры стали ему шептать, что по уставу не положено, т.к. мы еще присяги не принимали, но он их послал подальше.
Так мы с Димой и попали на губу. Хорошо, что он с собой складные шахматы протащил, а то бы совсем со скуки сдохли. Кстати, на губе я немного отъелся. Сидевший с нами старик посылал конвойных в столовку и они приносили кучу приличной жрачки, в том числе тушенку и хороший хлеб буханками, а он с нами делился.
Преамбула
Дело было в эпоху глубокого застоя, когда нас, более сотни студентов-математиков и около 30 экономистов в придачу, отвезли на месяц на военные сборы под Лугу. Кому как, а мне этот месяц запомнился как худшее время моей жизни. Тут сыграло роль и невозможность спрятаться от всего этого совка внавал, хождения строем с песнями, ленинской комнаты, политинформаций и всей прочей мути, которую я так ненавидел. Но хуже всего был жуткий голод. Не знаю как получилось, что я вырос таким привиредой, но продукцию солдатской столовки я есть просто категорически не мог, включая т.н. черный (якобы ржаной ) хлеб местной выпечки. Ну и каши я тоже не ем, кроме гречневой, но её как раз и не давали. В итоге я практически сидел на двух кусочках серого, более качественного, хлеба три раза в день плюс редкие съедобные куски, которые изредка попадались в тарелке. Приехал я туда в отличной спортивной форме (мог пробежать 10 км и 14 раз подтягивался), а уехал еле волоча ноги. Это не к тому, что я специально пишу эту историю, чтобы пожаловаться на тяготы солдатской жизни, а потому, что это важно для истории. Вообще-то проблемы могло бы никакой не быть, т.к. обычно можно покупать съедобные продукты в ларьке, но мне подвалило моё еврейское счастье по полной программе: ларёк был закрыт на ремонт.
Если что-то и было на этих сборах интересного, то это стрельба из боевого оружия на полигоне. С утра нас начали взводами сажать в грузовик (один на все 150 человек) и отвозить на стрельбище где около получаса от части. Пока подвозили следующий взвод, предыдущий бросал гранаты (учебные) и стрелял. Началось всё со стрельбы из пистолета из пистолета Макарова по круглой мишени с расстояния, думаю, метров 10. Тут не могу не вспомнить, что у нас на военной кафедре преподавал довольно веселый майор - по совпадению тоже Макаров - который, хотя и постоянно заливал, что мол советское оружие всегда лучшее в мире, как-то брякнул, что средний человек из Макарова с 10 шагов и в дверь не попадет, не то, что в человека. Я тогда не придал этому большого значения, а тут смотрю почти все ребята (кроме стрелков-разрядников) выбивают либо меньше 10 из 30 либо вообще ноль. Ну-с, приходит моя очередь, и я, конечно, думаю, что уж я-то не промахнусь. Выстрелив в первый раз, я узнал, что такое отдача. Не попал даже в молоко - вообще мимо мишени промазал. Тогда я повернулся лицом к мишени, слегка согнул колени, взял пистолет двумя руками, как ковбои в американских фильмах, и начал тщательно прицеливаться, чтобы совсем не опозориться ... и тут товарищ полковник, наблюдавший за стрельбами стоя сбоку от стреляющих, громко закричал что-то вроде "СТОЙ БЛЯДЬ!!!" и, резко прыгнул вперед, стараясь выбить пистолет у меня из рук. Не получилось - держал я его на этот раз крепко. После этого он на меня еще минут 5 орал на предмет, что так блядь стрелять неправильно, т.к. советский офицер стреляет блядь одной рукой и повернувшись блядь боком к мишени. Остальные две пули я всадил в молоко.
Стрелять из автомата было куда интереснее, особенно очередями. Я даже сбил все мишени, которые было положено, причем с дикого расстояния. Забыл точно, но что-то типа 300 метров. Но это так, кстати. Теперь, наконец, я дошел до самой истории.
По окончании стрельб, мы залегли в тени большого развесистого дуба и стали ждать пока нас отвезут в часть. Как я уже сказал, машина была только одна, расстояние большое, а народу много. Обед мы уже пропустили и жрать хотелось страшно. Несложный расчет показал, что ждать нам еще часа четыре и мы вернемся примерно к ужину. Не будет большим преувеличением сказать, что я просто обезумел от голода.
Тут мимо проходит мой друг из другого взвода и походя сообщает, что в лесу имеет место дикая земляника и щавель. Рядом со мной валялся другой мой приятель Дима (который, замечу, ел всё подряд, но он просто авантюрист по натуре) и я его легко сгоношил пойто в лес со мной за компанию. Мы тронулись в путь, но быстро поняли что сбор земляники с АК-47 за спиной это как-то уж совсем тупо. Посовещавшись, мы повесили автоматы на ветку того самого дуба, полагая, что присутствие сотни наших товарищей вполне гарантирует безопасность вверенного нам оружия, и пошли налегке. Видимо, мой друг нас разыграл, т.к. мы нашли примерно три земляничины на двоих и примерно столько же щавеля. В бесплодном поиске, мы удалялись всё дальше и дальше. Неожиданно, меня как жареный петух в голову клюнул. Хоть и не верю я ни в какую телепатию, но вдруг чувствую, что надо срочно назад - всё тут. Никогда больше со мной такого не было: какое-то непреодолимое ощущение грядущей беды. Дима не стал спорить и послушно побежал назад на поляну вместе со мной. Мы уже порядочно отошли, так что прибежали обратно все в мыле и здорово запыхавшись.
Вбегаем мы, значит, на поляну, а она пустая. Ни одного студента, только несколько офицеров рядом с грузовиком, из которого торчат головы наших товарищей. (Видимо, вояки подкинули еще несколько машин.) Подбегаем к полканам. Дима молчком, а я врать не умею, так что разговор вышел короткий.
- Вы где были?
- За земляникой ходили, товарищ полковник.
Долгая пауза на осмысление. Недоверчиво:
- Куда-куда???
-За земляникой. В лес.
- Я ... я ... я тебе блядь покажу землянику! Постой, а где ваши автоматы?
- А вон на ветке висят.
Долго хватает воздух ртом и багровеет. Наконец приходит в себя.
- Сутки ареста!!
Младшие офицеры стали ему шептать, что по уставу не положено, т.к. мы еще присяги не принимали, но он их послал подальше.
Так мы с Димой и попали на губу. Хорошо, что он с собой складные шахматы протащил, а то бы совсем со скуки сдохли. Кстати, на губе я немного отъелся. Сидевший с нами старик посылал конвойных в столовку и они приносили кучу приличной жрачки, в том числе тушенку и хороший хлеб буханками, а он с нами делился.
no subject
а вот в 1998 году жрать уже было можно нормально в луге, гречневую кашу давали. только мне удалось там ограничиться тремя, что ли, днями.
no subject
no subject
no subject
кстати из макарова у нас многие попадали 5 из 5 в мишень (и патронов, получается было навалом). видимо я просто не умел держать пистолет.
no subject
no subject
no subject
no subject
Так что не скажите :)
no subject
А про еду я похожие истории из бегемотских сборов под Выборгом слышала
no subject
Я там какой-то склад охранял. Подъезжает грузовик с солдатней и офицером во главе. Пытаются войти. Стой, говорю. Они меня посылают. Я передергиваю затвор: "Стой, стрелять буду!" Тон разговора резко меняется. Все сразу такие вежливые-вежливые. Выкатывают полевую рацию. Мне звонит начальник караула, лично разрешает пропустить. Большой человек, панымаэшь.